Супротив

Считаю все, что не я, враждебным, вплоть до близких, которые жаждут меня переиначить. Поэтому я всегда в броне, в борьбе. Я привыкла так жить. И творить — так. Если перестану считать мир враждебным (есть же хорошие люди, чисто теоретически), перестану что-либо делать вообще. Буду сидеть на завалинке и лузгать семечки. Творить — от благополучия? От счастья? Пока катишься сыром от одного куска масла — к другому? Вот я смотрела на свою грусть, говорила, что это нормально, и договорила чуть ли не до депрессии — вовремя схватила себя за грудки, надавала по щам. Остальные наблюдали мое угасание и ничего не делали — своих забот полон рот. А я все надеялась, что кто-нибудь действительно встревожится. Не зря же есть прославленная всеми любовь. Вроде как есть. Но не так прекрасна эта любовь, как ее малюют. Любовь — это место, где ты погибнешь вскоре. Погибнешь, воскреснешь, а потом снова погибнешь. Потому что ты натура эмоциональная, экзальтированная, не для тебя тема «они жили из души в душу и умерли в один день». На «подкорке» совсем другое записано — тебя мать бросила в младенчестве, а потом, когда вернулась и поняла, что тут как бы новый человек, стала его достоинства всячески принижать, пока он, ребенок, сам не поверил в свое «уродство». Если бьют, значит, есть — за что. Значит, ты действительно урод. Взрослым — виднее. Тут сложно не то что творить — тут сложно дышать без чувства вины (ведь ты отнимаешь кислород у других).

Как только начинаю что-то ворочить в голове, писать, получаю оценку «Ты слишком серьезная». Или ещё какая-нибудь «не такая». Так у меня отнимают — меня. Никто меня не знает, даже родные и родственные, и, видимо, это нормально. Умираем и рождаемся — незнакомцами. И я сажусь за текст, доказывая, что я есть, я такая, а не другая, я никогда не изменюсь (в угоду), бери — или уходи. Не берут — разводят руками, потому что я драматизирую и «надо быть проще».

Так — борясь с другими — я доказываю, что что-то значу. Умею (научилась). Все это, конечно, с позиции психологии не совсем здоровая история (контрзависимость, доказывание собственной значимости), но кто из творцов — здоров? И что считать «нормой»? Благополучие с семечками в кулаке? Как? Вдохновляет?

О зависимости

«Вы зависимы, пока в вас нет покоя», – пишет Анна-Мария Цурхорст, немецкий психолог, в одной спорной книжке. Спорной потому, что на 50% содержания я глубоко закатывала глаза – Цурхорст ставит женщину в зависимость от мужчины и критикует эмансипацию. Но и такие книжки надо читать, особенно людям, периодически скатывающимся в снобизм (как я). Как по мне, эта фраза сродни «У вас социофобия, пока вы не выхо'дите из дома». То есть Цурхорст путает причину и следствие. Ощущение покоя должно базироваться на внутренней жизни личности, а именно – на решении невротического конфликта (конфликт – это противоречие, противостояние: «Хочу быть известным, но боюсь, что засмеют»). Так что вы спокойны как раз потому, что отсутствует зависимость. И тревожны — потому, что эта зависимость есть.

Любая зависимость рождает напряжение: это постоянная оценка соответствия или несоответствия определенному (образцовому) состоянию – стремление к иллюзорному покою (отсутствию боли) или, это уже совсем для наркоманов, эйфории. Это постоянное погружение измерительного аппарата в себя – дабы определить уровень боли или кайфа: если есть, достаточно ли?

Зависимость от чужого мнения — постоянная оценка чужих слов в свой адрес: соответствуют полученные слова образу в вашей голове или нет — хорошему, естественно. Когда число запросов со стороны (иным словом, претензий) превышает определенный порог этой зависимости, может случиться нервный срыв. Но дело даже не в том, что «другой человек давит на больное», а в том, что на это «измерение» тратятся колоссальные внутренние ресурсы. С каждым таким «дротиком» в ваш адрес растет напряжение – та самая дыра, куда утекает энергия. Возможно, вы даже возьмете щит и начнете отбивать эти «дротики», но, опять же, вы тратите время и силы – на доказательство, что вы на самом деле очень хороший. Видели огромные комментарии в ВК на тему феминизма? Их пишут зависимые люди. Им все время кажется, что на их позицию нападают и надо – не на жизнь, а не смерть – ее защищать. Когда-то и я такой была – доказывала «феминисткам», что знаю психологию, потому что прочла на эту тему целый шкаф, и получала в ответ: «Я вот ни одной книжки не прочитала, но знаю психологию лучше вас!» Это сейчас я смеюсь, а тогда была обескуражена, мягко говоря. На каждый выпад в свой адрес я писала громогласную обличающую статью – хоть какой-то толк был, а ситуация да, нездоровая. Потому что – кто все эти люди? Что они значат – для меня?

Зависимость от сахара (любого наркотика) — оценка своего состояния с последующим удовлетворением от получения новой дозы. Кстати, невротическая зависимость в отношениях стоит рядом с углеводной (зависимость от сладкого). Невротику нужно постоянное доказательство, что он тварь дрожащая и права не имеет, поэтому он может ВЫДУМАТЬ негативную реакцию партнера (тот как-то не так посмотрел), лишь бы получить новую дозу живительной боли. То же самое с БДСМ. Когда человек перестает быть невротиком, он уходит от этих практик (знаю по себе). Ему больше не нравится, когда ему причиняют боль. БДСМ – это отличная характеристика отношений: сразу ясно, кто от кого зависит. Когда я просила, как Верка Сердючка в своем юмористическом монологе: «Сделай мне больно!», я была совсем не в ладах с собой. Мне казалось, что тот человек гораздо лучше меня, что мой единственный удел – восторгаться и пресмыкаться. Меня разбудили слова нового знакомого: «Посмотри, в кого ты превратилась! Ты смешала себя с грязью! Ты не такая, ты гораздо лучше! Очнись!» Уходить из невротических отношений – это тяжелый труд, но я это сделала. Честь мне и хвала.

Вот поэтому у зависимого человека нет покоя. В состоянии покоя человек не занимается измерением соответствия. Человек вообще ничем не занимается — ему хорошо и так. А если и хочет заняться, то делает это дело, оглядываясь на собственные, РЕАЛЬНЫЕ, каноны (потому что уровень у всех разный — кто-то впервые нарисовал человека так, что не хочется плакать от жалости, и это, определенно, успех). Человек не оглядывается на планки, которые диктует ему «идеальный образ себя» (он, как мы выяснили, недостижим), не оглядывается на реакцию другого человека (потому что стены его круга самоопределения крепки), не оглядывается в поисках новой дозы, будь то боль или быстрые углеводы. Опять же, все это происходит неосознанно – это выученная модель мышления: человек начинает думать, что ждет его в будущем (плохое – обязательно), и ловит сначала тревогу, а потом и паническую атаку. Делает он это не специально – его психика так работает. Психике нужно подтверждать собственные установки и страхи, иначе возникнет еще большая тревога – от неопределенности и пустоты. Пустота – то, с чего начинает каждый освободившийся от зависимости человек. Вот поэтому я пишу о «внутренней наполненности» — основополагающем чувстве стабильной личности.

Человек, находясь в самодостаточности и гармонии (это практически одно и то же: самодостаточность рождает гармонию, как зависимость – тревогу), плывет по течению жизни с осознанием того, что в любой момент он может сесть в лодку (или даже собственный корабль) и поплыть туда, куда ему захочется. Все фарватеры открыты.

Отныне все будет хорошо

Вчера мне торжественно объявили (на самом деле не торжественно), что я изменилась, точнее — будто меня подменили на добрую, светлую и ласковую. А я просто отдохнула: читала, спала и гуляла по местам, где прошло мое несчастное детство. Впервые за много лет я прошла по улице, впитавшей все мои горести, без чувства вселенского одиночества и такой же вселенской тоски. Я отпустила ту девочку с Богом, не оставила ее там, среди пьянок и драк, а вручила ее лапку дедушке с бородой и сказала: «Иди. Отныне все будет хорошо».⠀

⠀

Удивительное, конечно, чувство — смотреть на все другими глазами. Не горевать там, где ты давилась слезами каждый раз, когда проходила мимо. Словно чувствовала, что там, за дверью, которая даже не в том месте уже, осталась частичка тебя. И по этой частичке ты тоскуешь. Словно ОНА — твое целое. Да только вот целое — это ты, сейчас, на этом стуле сидящий, текст этот почему-то читающий. Они (ты на разных этапах жизни) — другие люди, уже НЕ ТЫ. Да, они очень на тебя похожи, говорят твоим голосом, но, может быть, на этом сходство заканчивается?⠀

⠀

Помимо перепрыгнувших на другое место дверей, сгинули целые дома, на их месте выросли новые, в 2 этажа. Магазин стал жилым помещением, огорожен теперь забором. Деревьев поубавилось (зато прибавилось детских голосов). Стёрлись с лица земли былые тропы, и не погуляешь теперь под дубами, где ты 23 года назад собирала жёлуди, горюя, что их нельзя есть (а есть очень хотелось). Вместо школы, которая сгорела, теперь почта вкупе с магазинами. Вместо черного фабричного дома, деревянного — каменный с балконами. Былые школьники обросли жирком и рожают 5-го, строят дачу.⠀

⠀

Мальчик, который обзывал меня крокодилом, спивается, так же спивается девочка, с которой я дружила в старших классах. Лучшая подруга, которую я считала сестрой, в последний раз подъебнула меня и скрылась в неизвестном направлении (если верить молве, развелась, снова вышла и уехала к мужу).⠀

⠀

А мы что? А мы вот в инстаграм пишем, гладим кошку, и все у нас (голодной 6-летней девочки, 20-летней девушки, думающей о смерти, и 29-летней меня в позиции «сейчас») хорошо. И рожать нам — ни первого, ни пятого — совсем не хочется. Зато жить — хочется. Жить.

Об эмоциональной зависимости

Все нездоровые отношения строятся на эмоциональной зависимости. Нездоровые отношения – это те отношения, которые приносят вам больше горя, чем радости. После каждой «нервотрепки»​ вы чувствуете себя пустой, выгоревшей, тем самым выжатым лимоном, лежащим на кухонной доске. А еще вы оскорблены —​ до глубины души —​ и одиноки.​ Кто бы мог подумать, но отношения могут быть здоровыми (ура!). Без истерик, высказывания старых обид (в блокнот вы их не записываете, но в голове они прочно откладываются), без упреков коркой хлеба и претензий о неглаженном​ белье. Чтобы почувствовать себя в отношениях – это не всегда семейные (маме привет!) или любовные отношения, речь может​ идти​ о деловых или дружеских​ – самодостаточной, необходимо разобраться в самоопределении. Да, этот текст будет изобиловать морфемой «само».

Эмоциональная зависимость – это зависимость ваших эмоций от оценки другого человека. Это слезы в ответ на грубое слово (или даже взгляд). Это накручивание себя из-за «какой-то не такой реакции» на то, что вы сделали или не сделали. Это постоянный огляд на другого: а что подумает, а что скажет (иным словом, будет ли боль или нет). Самый прикол в том, что эта​ привычка идет из детства (смотрим на маму – даст ремня или нет), так что превратилась уже в типичный, неосознанный​ механизм поведения​ (привычка курить гораздо безобиднее по сравнению с ней). Мы даже не задумываемся, когда нас​ обижают слова близкого человека. Мы автоматически считаем себя виноватыми: «Да, видимо, я реально накосячила». У меня бывало так, что я хватала нож и вручала его​ человеку, который обвинял меня в какой-то сущей ерунде. А потом тыкала острым​ концом себе в грудь со словами: «На, убей. Раз я такая плохая». Люблю я подраматизировать, чего уж. Так я доводила ситуацию до абсурда: по крайне мере, мы оба задумывались о серьезности поднятой до этого темы.

Если вы ранимый человек и вас может​ задеть комментарий​ в интернетах, поздравляю – у вас эмоциональная зависимость даже от незнакомцев! Это​ крайний случай. Мы частенько видим, как какая-нибудь публичная фигура пишет оскорбленный пост — на глупость в ее адрес. Так она доказывает собственную уязвимость. Она все еще надеется на справедливость, «договор с судьбой», где за труд праведный она будет получать только «плюшки». Так не бывает. Справедливости не было (в обществе) и нет. Это всего лишь когнитивное искажение, избавляющее нас от повышенной тревожности («я хорошо себя веду и вообще пуська, значит, не получу под свою дверь кучку фекалий»). Но об этом в другом посте.

А теперь по существу. Любая зависимость лишает вас свободы, то есть выбора, как вам реагировать: обижаться или все-таки нет. Зависимость от сахара, например, превращает вас в наркомана. То же самое с эмоциями. Человек, вонзающий в ваше сердце нож (я фигурально), приносит вам «сладкую боль» и полноту ощущений, которая вам нужна для поддержания жизни. В действительности он истощает (сам того не зная) вашу психику, вот поэтому после очередной ссоры вам не хочется ничего делать (и я еще молчу о смысле жизни).

Человек без эмоциональной зависимости знает о себе все, поэтому его никто не может обидеть. Ни один из крючков, которые будут бросать близкие (неосознанно, опять же) и тролли в интернете (тут осознанности больше), не найдет в вас петельки, за которую можно потянуть и дернуть. Все обвинения вы будете воспринимать не как личную обиду, а как вранье. Потому что себя знаете только вы, остальные не имеют портрета вашей личности, у них есть только абрис, слабая интерпретация через ряд кривых призм. Помню, я долго работала над этим (потому что устала плакать от претензий в свой адрес) и в один из прекрасных дней поняла, что слышу эту самую претензию и думаю: «Ну что за дичь? Я разве такая?» Я даже рассмеялась, настолько слова, которые я слышала в свой адрес, были абсурдными. Самодостаточность – это когда тебе достаточно собственного мнения о себе, другие тебя мало волнуют. Автоматически ты перестаешь зависеть и от похвалы: лайки и хорошие слова под очередным постом, на которые ты потратил свои ресурсы, станут рассматриваться лишь как «обратная связь», которая, по логике, должна присутствовать, если ты действительно пашешь, а не пинаешь ясно что. А плохие комментарии будут только веселить, ведь какой нормальный человек будет писать гадость о чужом труде, разве тот, который хочет посамоутверждаться за счет негативной оценки, полностью субъективной (самый низкий сорт самоутверждения). Просто люди делятся на 3 группы: те, кто реализуют себя, те, кто их за это осуждают, а третьи стоят в сторонке, забрасывая в рот попкорн.

А сейчас я скажу, что я делала. Это абсолютно авторская – разработанная мной – теория/методика. Самоопределение (ваше понимание себя) я рассматриваю как круг (а в центре его – вы), в который периодически вторгаются разные люди (ранящие вас). Вы их впускаете потому, что любите, это ясно. Или так: их вы любите больше, чем себя. Так вот, этот круг должен оставаться пустым. Там не должно быть ни мамы, ни папы, ни любимого человека, ни учителя. Ни, тем более, хама из интернета или соседки, которая постоянно спрашивает, когда вы родите. Но для того, чтобы выбросить всех, даже самых любимых, за борт, вы должны избавиться от сопровождающей вас всю жизнь пустоты, то есть наполниться – богатым внутренним содержанием. Вы должны протянуть себе руку помощи, а не стакан яду.

Это очень трудно – отделить себя от тех, кого ​ любишь. Но это настоящее благо для личности – она наконец-то встретится с собой лицом к лицу, а не с отражением в глазах другого. Ваша личность (и ее красота) – не в глазах смотрящего. Ваша личность – только в ваших глазах и ничьих более.

Что же делать? Для начала сядьте и примите на веру то, что никто из вашего окружения вас не знает. Что все, выдавая свою интерпретацию вас, врут. Те, кто вас хвалят, не учитывают, что вы тоже косячите. Те, кто вас осуждают, не учитывают ваши успехи. Попробуйте принять критику в свой адрес спокойно. Можете даже ответить: «Вы ничего обо мне не знаете». Можете нацепить на того, кто говорит, воображаемую мантию или шапку клоуна (если вас пугает серьезность его «месседжа»).

И, наверное, самое главное здесь. Если вы не считаете себя виноватой, ни одно обвинение не достигнет своей цели. А вы на самом деле ни в чем не виноваты, ибо все «косяки», которые вы допускаете, это не вселенская трагедия – это всего лишь ошибки, которые допускают все. Это не делает вас плохим человеком. Не бывало еще так, что человек​ допрыгивал до идеального образа себя и успокаивался.

У члена бесконтрольного в плену

Телеграм-канал "Mash" пишет, что Дюсенбаев, отец-одиночка, насиловал свою 14-летнюю дочь на протяжении целого года. Я еще не забыла историю анонима с сайта "Подслушано", где отец, изнасиловав свою 5-летнюю дочь, сначала повесил на люстре ее, а потом повесился сам. Женщина, обнаружившая это, практически сошла с ума. И тут опять... Можно сказать, случаи насилия отцом детей происходят с "завидной" регулярностью. Вы слышали, чтобы детей насиловала мать? Вот и я нет.

А знаете, почему она этого не делает? Во-первых, потому что ребенок воспринимается ею как часть ее плоти (как-никак он из нее вылез, простите за подробности). Она на протяжении 9-ти месяцев жила с ним под сердцем. Возможно, если бы ей дали возможность выбирать, носить ли его в животе или доверить беременность инкубатору, она выбрала второе, но так распорядилась природа: хочешь своего ребенка, не потратившись на суррогатную мать - смирись с тем, что в тебе почти год будет расти новый человек. Во-вторых, это наличие материнского инстинкта, который ученые обосновывают выработкой белка пролактина во время беременности и лактации (у рожавших). Биологически же возникновение материнского инстинкта у нерожавших особей, которым доверили воспитание детей, никак не обосновано - стоит лишь уповать на возникновение эмоционального возбуждения на определенный импульс, согласно Мак-Дугаллу, или архетип, хранящийся в коллективном бессознательном, согласно Юнгу. В любом случае, мать, реализующая свой материнский инстинкт, получает колоссальное от этого удовольствие (зависимость от окситоцина). Сама я не рожала, поэтому доверяю истории психолога Вероники Степановой, которая родила в благоприятных (важно!) условиях дочку и воспитывает ее сейчас в тесном телесном контакте. Обе женщины (мать и дочь) - в плюсе.

Что я нашла об отцовском инстинкте? Да практически ничего. Да, гормональная перестройка, возникающая от взаимодействия с ребенком, которая, кстати говоря, может понизить уровень тестостерона, отвечающего за агрессивность. У отцов был найден даже тот самый пролактин, который, видимо, отвечает не только за кормление грудью. Но это скорее выработка определенных гормонов в ответ на "позитивный раздражитель": эстрогена (эстрадиола) и окситоцина. Окситоцин влияет на мужчин и женщин по-разному: женщина привязывается к ребенку, а мужчина становится более спокойным, понимающим, мягким. Можно сказать, это один из способов усилить свою эмпатию (с ней у мужчин совсем плохо, как и с эмоциональным интеллектом в целом - опять же, мнение ученых). Проще говоря, мужчины становятся более похожими на женщин. Например, при высоком уровне эстрогена у мужчин начинает расти вес, может увеличиться грудь. Другой мужчина, заложник патриархальных стереотипов, сказал бы такому: "Совсем лицо потерял! Обабился! Скоро плакать от раздавленного жука начнешь!" Или еще хуже: "Гомик, что ли?" Патриархат - это культ тестостерона, мужского полового гормона, отвечающего за производство сперматозоидов, строительство костной и мышечной ткани. И, конечно, агрессию - основную причину преступности.

Чтобы мужчина совершил противоправные действия относительно своего ребенка, он должен выйти из внеконкурентной среды, то есть среды отцов, у которых тестостерона меньше, и вернуться в конкурентную среду, где иерархия зависит от уровня полового гормона  ("кто сильнее, тот и прав"). То есть перестать быть отцом в биологическом смысле. "Эволюционная нейроандрогенная теория мужской агрессии" объясняет мужскую агрессию эволюцией, необходимой для того уровня риска, когда ты подвергаешь опасности не только свою жизнь, но и жизнь другого человека. Мужчины, которым дали "поиграться" с оружием, показали рост тестостерона и агрессии. Откуда это берется? Тестостерон активирует области в мозге, подавляемые социальными, в том числе семейными, нормами, что проявляется в словесной агрессии, физическом насилии, конкуренции и доминировании. Тестостерон, в отличие от эстрогена, уменьшает у мужчин эмпатию и рождает у них тягу к насильственным действиям, сообщает "Международный журнал права и психиатрии" (2014 год).

"Testosterone reactivity and identification with a perpetrator or a victim in a story are associated with attraction to violence-related cues". Иным словом, реактивность тестостерона связана с привлечением к связанным с насилием сигналам. Короткая юбка - это сигнал, активирующий у мужчины подкорковые области мозга, скрывающие все его противоправные желания. Это реальная ситуация, когда член (и его половые гормоны) встают на место самосознания и связанного с ним страха. Наши власти не сильны в биологии (они, например, не хотят признавать, что гомосексуальность - явление генетическое), поэтому им легче запретить короткие юбки, усиливая давление на женщин, чем каким-то образом повлиять на мужчин. Мужчины не влияют на мужчин (это значит пойти против своих), поэтому они влияют на тех, кто "не мужчины". Помимо женщин, отнесем сюда детей, стариков, инвалидов и иные уязвимые группы населения.

От рук и членов мужчин страдают не только девочки, но и мальчики. Сексуальное насилие никак не связано с гендером жертвы, поэтому не может быть оправдано ношением определенного вида одежды или вызывающим поведением. Ребенок не ведет себя вызывающе. Это еще раз доказывает, что обвинять в насилии жертву - абсурдно. Мы убиваем курицу не потому, что она аппетитно двигала бедрами, а потому, что хотим есть. Мужчины ХОТЯТ насиловать, и ученые давно это доказали. Просто одни, пренебрегая будущим наказанием со стороны судебной власти, осуществляют свое низменное желание, а другие - нет (и испытывают фрустрацию с чередой психосоматических симптомов; весь сексистский юмор берет начало здесь). Здесь даже не депривация, женщины на Марс не переехали (пока что), а именно фрустрация - столько вокруг красивых женщин, а сунуть член в них нельзя. Представьте, что у вас в руках чемодан, набитый деньгами, но они не ваши и скоро их у вас заберут. А вы так хотите новую квартиру, машину, на острова... Что вы будете чувствовать? И я спрашиваю не о мыслях, а именно о чувствах, эмоциях, за которыми может последовать аффективное поведение.

Адриан Фернхам, дающий краткий экскурс по психологии в книге "50 идей, о которых нужно знать", в одной из глав, посвященных ключевому вопросу в современной психологии - различию мужчины и женщины, пишет, что в то время как девочкам прививают с детства скромность, в мальчиках культивируют высокомерие, которое, с подачи тестостерона, выливается во всю эту жестокость, о которой мы читаем в независимых СМИ (зависимые делают акцент на другом или попросту молчат). Вторая часть утверждения - не его, а моя. Такое вряд ли напишут в энциклопедиях. Мы объяснили биологию насилия ("у члена бесконтрольного в плену"), перейдем же теперь ко второй части дуализма нашего вопроса, а именно к социальному аспекту.

Самый низкий процент преступлений, совершенных женщинами (0,3% и 0,5%) - это хулиганство и действия сексуального характера. Следовательно, по этим показателям мужчины ушли в отрыв (99,7% и 99,5%). Женщины "лидируют" в умышленном тяжком вреде здоровью (10,7%) и преступлениях, связанных с наркотиками (12,7%). Но статистика, видимо, ничему не учит. Так, цифры какие-то. Посчитали и забыли. А между тем, стоило бы сделать вывод, что женщины вынуждены контактировать с наркотиками (или применять самооборону), чтобы справиться с сексуальным и физическим насилием от мужчин. Или чтобы выйти из типичной ЖЕНСКОЙ НИЩЕТЫ, когда мужчины с барского плеча предоставили женщинам лишь несколько обслуживающих патриархат сфер, среди которых и проституция. В остальных сферах мужчины будут активно гадить под дверь, особенно если вы будете руководить.

По-моему, проблема самоопределения есть не только у женщин, считающих адаптивные предпочтения собственным выбором, но и у мужчин, отрицающих связь тестостерона с уровнем преступности. Вот за что должен бороться маскулизм - за доверие научным исследованиям и преодоление обскурантизма. Знаете, здесь даже теста Роршаха не надо, чтобы понять, что, зацикливаясь на частностях (например, "злых феминистках" или вопросах аборта), мужчины не видят общей картины в силу того самого высокомерия, о котором пишет Фернхам. Высокомерие - это когда единственным мерилом являются собственные убеждения, которые лучше назвать "предубеждениями". Это уже нарушения восприятия, о которых можно тоже почитать в книгах (это я мужчинам). Если вы, конечно, читать умеете.

Основной рычаг воздействия на мужчин - это строгая карательная мера и давление общественности. Под "карательной мерой" я подразумеваю работающие законы, преступающие которые получат уголовное наказание не на 5 или 10 лет, а гораздо больше. В случаях сексуального насилия применение химической, а после и физической кастрации. Психотерапия - щадящий вариант - здесь попросту невозможна. Психотерапевты лечат нарушения психики, гормональный строй мужского организма они никак не изменят. Преступивший закон один раз - преступит его и в следующий. И вполне возможно, что жертвой будет либо ваша жена, либо ваш ребенок. Задумайтесь хотя бы об этом. Так что изоляция неизбежна.

Но продвигать подобные законодательные акты трудно, когда в руководстве страной сидят одни мужчины. А если и есть женщины, то бегающие по дорожкам патриархата (о внутренней мизогинии я уже писала). Адекватные законы, затрагивающие женщин, могут принять только женщины, заботящиеся о женщинах. А таких, к сожалению, мало, хоть этот крохотный процент год от года растет.

Давление общественности возможно только благодаря гуманному менталитету. Например, в Израиле разведенному отцу легче общаться с ребенком, чем не общаться, потому что его затравят родственники и знакомые. Не общаться с собственным ребенком - стыдно! Помимо того, что за отказ от выполнения родительских обязанностей грозит немаленький штраф. Как относятся к отцу-кукушке в России? "Он еще молодой, пусть свою жизнь утроит, еще карапузов родит!" Пока такое возможно, насилие будет происходить повсеместно.

Политика нашего государства направлена на повышение рождаемости, но ничего не делается для того, чтобы поддерживать тех детей, которые благодаря этой политике родились. В семье семеро по лавкам. Заботится ли кто о них? Родители работают как проклятые, чтобы, дай бог, накопить на ипотеку. В моем классе (я была классной руководительницей 5-го класса) была такая семья. Дети были предоставлены сами себе. Не ходили в школу. Постоянно болели. Хулиганили. Родителей в школу не дозовешься - "не можем - приходите сами". И пришли. Ждали, пока в 8 часов вечера на пороге не появились замученные жизнью люди, изъясняющиеся с трудом. Ели ли дети в тот день, не знаю. У них не было в квартире даже обоев - стены были цементные. И с потолка тускло светила грязная лампочка без абажура. И это 30 минут езды от Москвы.

Ребенок, родившийся в России, никак не защищен. Ювенальная юстиция отсутствует: руку поднимут - молчи. Затравленные нищетой родители не любят ни друг друга, ни детей. Кроме того, что споры решаются рукоприкладством, из семьи они ничего не выносят. Насилие, мракобесие, равнодушие. А потом новость за новостью, где дети убивают отца, потому что не могли больше терпеть. В школе не помогли. Соседи не помогли. Помогли - несколько ножевых. Сколько нужно таких случаев самообороны, чтобы власти поняли, что надо что-то менять? Тысячи, я так понимаю?