Лекция "Здесь было не очень" (о Марине Цветаевой)

Чем так уникальна Марина Цветаева?

Во-первых, она женщина. Много у нас женщин в русской литературе? Много женских портретов висит в кабинете литературы? Да ни одного, что, кстати, несправедливо. Ладно, в зарубежной классике женщин достаточно. И самые популярные салоны во Франции содержали женщины-меценаты. На самом деле в России начала 20-го века все было не так плохо, как принято думать. До революции устраивались поэтические вечера, где участвовали только женщины. Конечно, гениального творчества там надо было скрести по сусекам, но оно все же встречалось. Женщины в те времена писали легкую литературу, пользующуюся невероятным спросом. Незамысловатые стишки, такие же незамысловатые любовные романы, в конце которых героиня (именно героиня) умирала. Почему же их имен мы не то что не вспомним - не знаем? В истории искусства не задержались. Ясно, по какой причине, потому что Анна Ахматова и Марина Цветаева - гении, а они - нет. Ах да, еще Зинаида Гиппиус, но она всего лишь жена популярного символиста Дмитрия Мережковского. Ахматова - фигура спорная, потому что, как и Гиппиус, была замужем за литератором (Цветаева видела свой не-успех в том, что она вышла замуж как раз за не-литератора), Николаем Гумилевым, основным представителем пролетевшего кометой акмеизма (не будем считать, что акмеизм - это последняя стадия развития символизма). В Ахматовой было много женщины, когда как в Цветаевой - больше человека. Не зря их пути под конец жизни разошлись.

Во-вторых, если она больше человек, чем женщина (женщина - всего лишь одна из ее ипостасей), то и отношения с полами у нее были своеобразные. Еще с детства Цветаева позволяла себе влюбляться в женщин. Она оправдывала это так: "Любить только женщин (женщине) или только мужчин (мужчине), заведомо исключая обратное - какая жуть! А только женщин (мужчине) или только мужчин (женщине), заведомо исключая родное - какая скука!" И если в юности (она рано вышла замуж) Цветаева считала, что женщина без мужчины неполноценна, хотя и ведет в отношениях ("Если мужчина захотел, то женщина уже хочет"), то в зрелые годы мужчины потеряли свое очарование - она вспоминала о существовании мужчин, пока в поле зрения не попадал какой-нибудь их представитель. Гениальными мужчинами (поэтами) она очаровывалась даже в том случае, если их ненавидела - таковым был Брюсов. Романов у гениальной поэтессы было не так много, как у ее соперницы по перу (хотя какое может быть соперничество между святыми?) Ахматовой. Очаровывалась, потому что искала силы (сердца) для нового творчества. За окном стреляют, воруют, кричат, есть нечего, работы по хозяйству уйма, и станок гениальный - кара Господня! - стоит! Ахматова могла похвастаться экзотичной внешностью (не потому ли сердце ее украл путешественник?), а Цветаеву принимали за монаха. Она вела за руку сына, а прохожие вокруг кричали, что монах украл ребенка. С детства Марина походила на мальчика, поэтому стороннюю любовь брала силой - мысли, слова и характера, который помогал стрелять в цель с первого раза. Если подводить итог, то Марина Цветаева не имела ни пола, ни возраста, то есть содержала в себе все гендеры и все возрасты. Всегда в ее внешности оставалось что-то мальчишеское, даже в зрелости, а в действиях - хулиганское. В беседе с большевиками не боялась упомянуть царя или Христа, и часто после ее остроумных замечаний начиналась перебранка. Нуждалась в искрах не только из револьвера, который приставили к горлу, чтобы отнять последние сигареты. А от отсутствия любви (не к стихам - молчание на ее стихи она воспринимала как молчание на исчерпывающий ответ, на понятную истину, не к себе, а В СЕБЕ) страдала. Друзей, которые бы вступились за нее, не было - все какие-то мимолетные. Возлюбленных... Возлюбленный - потому что взлюбил (ниже, чем "полюбил", потому что если полюбил, то надолго) и разлюбил. "Женщина тогда гениальна, когда любит, и бездарна, когда ее любит тот, кого не любит она". Внутри нее, как она писала в своем дневнике, бездна, но кто может вместить эту бездну в себе? Только другая бездна. Марина превратилась в зрелую женщину, а взгляд на мир продолжал оставаться детским. Гении - те же дети. Отсюда их уникальность. Люди вокруг изменились. Государство, в котором довелось родиться, разрушилось. Безвременье, смута, грабеж. А ей хотелось крикнуть: "Я оттуда, понимаете? Вы требуете от меня современности, но я не могу, я живу прошлым! В прошлом - все мои любимые, достойные этой жизни, люди! Мне бы родиться двадцать лет назад, попасть в свое детство уже не ребенком, а девушкой - как много бы я узнала прекрасных людей! Может, сейчас бы меня уже не было в живых, но я была бы ближе к тем, кто лежал с восковыми руками у моих ног!" Но - кому? Кто бы послушал? Кто бы обернулся?

В-третьих, она гениальная женщина. Бесспорно. Гениальность ее не обсуждается, а расшифровывается. Многие (противники феминизма, конечно же) считают, что женщина гением быть не может, что у женщины мозг устроен как-то иначе. Ученые доказали: женские и мужские мозги различий не имеют. Шах и мат, аметисты! В чем же заключается гениальность Марины Цветаевой? Из второго пункта моего рассуждения следует, что на мир она смотрела глазами бесполого существа, у которого не было определенного возраста. Таким образом, явление виделось ей во всех аспектах своего проявления: так на него смотрит ребенок, так - женщина, так - мужчина. Возможно, голова ее сочетала все эти восприятия и давала что-то среднее, концентрированное, понятное для каждого (не потому ли на ее стихи молчали?), а может быть, отсекала все грани и оставляла один стержень, острое лезвие истины, которое прочтешь и сразу порежешься (молчали, потому что истекали кровью?). Во многом помогал музыкальный дар, впихнутый в ее неокрепшую личность еще матерью. Даже не помогал - определял. Мама была хорошей пианисткой и бессознательно решила, что все девочки, рожденные ей, тоже будут "музыкантшами". Марина старалась, но слово победило. С детства девочка сочиняла стихи на трех языках: русском, немецком и французском. Слова в ее сознании соединялись в комки, основа которых - музыка. Лексемы постоянно пересекались, бились друг о друга и высекали нужные искры. Искры поджигали фитиль, фитиль - голову, проходило время - и голова взрывалась. Меня поначалу (это начало - лет с пяти) раздражали ее многочисленные варваризмы, но теперь я знаю, что она не могла иначе - это то, что нужно здесь и сейчас. С гением не спорят - ни до, ни после смерти. Хотя смерть гения очень похожа на шутку - он всегда среди нас.

В-четвертых, Цветаева писала не только стихи, но и прозу. "Реальность делает из меня прозаика", - писала она в заметках. Если сравнивать два рода литературы (эпос и лирику), то в данном случае это борьба равных противников. Понять поэзию Цветаевой без обращения к ее прозе невозможно. В прозе самой Цветаевой больше - там все ее страхи, чаяния, очарования. "Окаянные дни" Марины Цветаевой. К Бунину она, кстати, относилась с некоторым снобизмом и предпочитала ему Пастернака. Бунин заставляет читателя любоваться, а Пастернак - работать его душу. Прозы у Цветаевой много. Проза - разная. Больно читать, как к концу жизни гений теряет всяческую поддержку. Из прозы ясно, что Марина Цветаева, помимо поэта, матери, жены, женщины, возлюбленной и монаха, еще и Мыслитель.

В-пятых, судьба делает на гения ставки: либо реальность побеждает тебя, либо ты побеждаешь реальность. Ахматова прожила до преклонных лет (выжила). Цветаева покончила с собой: "Я не хочу умереть - я хочу не быть". Не раз она искала под потолком крюк, чтобы свести с собой счеты. В дневнике она даже подробно оправдывается, почему именно крюк, что остальные средства ухода из жизни ее не привлекают. О самоубийстве Цветаева говорит с детьми. Для нее это вещь обыденная. Не она отныне без мира, а мир - без нее. За два года до трагедии ей приснился сон, в котором она испытала то, что якобы чувствует человек, когда умирает. С большой скоростью она летела вперед ногами. Знала - это смерть. После пробуждения прижала руку к сердцу.

В-бесконечных, так уж вышло, что чем больше ты гений, тем больше ты оторван от жизни. Вот поэтому дар Ахматовой можно поставить под сомнение (только поставить - и сразу убрать). Ангелы, посланники небесные, избранники божьи не знают, как выжить в этом жестоком мире, а когда вокруг еще революция, заставляющая действовать тебя вопреки себе, то есть низко, отказываться от того, что ты впитал с благородным детством, продолжать существование попросту невозможно. У нас нет второй реальности, той, в которую можно уйти, чтобы залечить раны, а после вернуться. Поэтому уходят - только ИЗ жизни. Спасибо, здесь было не очень.

Леди Абсурд

Лекция "О любви": ч.3. "Дыня с изюмом"

Мама: Научу тебя вязать.

Я: Лучше научи меня разбираться в людях.

Быть для художника - неважно, художник ты в дипломе или художник слова/мысли - любимым не то что очень важно - это как дышать, и я искренне не знаю, как человек, которого разлюбили после стольких лет, вновь поднимает руки на уровне туловища, чтобы положить их на стол и сотворить очередную вселенную, а после - в небо, словно говоря Всевышнему: "Смотри! Я не меньше, чем Бог! Наконец-то я создал! Я все-таки смог!" Человек, будучи в любви, без зазрения совести утверждает, что любящий видит его таким, каким задумал его Господь. И вот разлюбил. И Господь раздумал? Что же делать? Нести бремя - теперь уже бремя - своей любви дальше? Такая любовь - это сиамские близнецы, один из которых умер. Лучше я полюблю тебя в одностороннем порядке, пусть ты даже не будешь знать обо мне, а если узнаешь, то, возможно, отвергнешь - ничего страшного. Я буду счастлив пить из этого источника: месяцы, годы, жизни. Это лучше, чем жить взаимным чувством - четыре легких, два сердца, но в одном теле, - а после смотреть на мертвые глаза, повисшую на втором плече голову. И тебе остается лишь одно - умереть тоже, потому что хирургическое вмешательство не избавит тебя от этой картинки в голове.

Но есть в феномене "Я больше не люблю тебя" и своя польза. Человек, который больше не любит, сначала чувствует облегчение, после удивление: "Как так? Совсем недавно я готов был отдать жизнь за этого человека, а сейчас..." И упрекнуть его не в чем - феномен же, доказанный и судьбы вперед движущий. Человек, которого разлюбили, но в этот момент любящий, как минимум, оказывается на пороге безумия. Сходное чувство испытывает ребенок, от которого оказались в роддоме, и причин не знает: руки-ноги на месте, заболеваний нет. Просто отказались. Отказались не от его тела, а от души - еще хуже. Свалить не не что. И ладно бы услышать "Я не люблю тебя", мол, и не любил никогда, уж прости. Слышишь же "Я больше не люблю тебя". Смотришь на себя в зеркало: "Руки-ноги на месте. Заболевания, по крайней мере, не видны. Все так же люблю. Все так же смеюсь. Все так же творю". Первым, кто видел твои творения, был любимый человек: обсуждали каждую деталь по пять часов. И со временем вдруг начал замечать, что слов от него все меньше, было пять часов - стало полчаса. Вот тогда надо было и бить в колокол, бежать с тонущего судна под названием "Любовь взаимная" первым, и, может быть, уцелел бы. А так скрываешься за "Может, разонравилось", "Может, я исписался". Оказывается, все гораздо проще - "Может, разлюбил". Если человек, которого разлюбили, скажет, что он разочаровался в любви, что ничему его эта ситуация не научила, можете смело плевать ему в лицо. Ситуация учит всегда. Возможно, она даже была запланировала Богом для этой самой учебы. Происходит такая же мобилизация сил, как перед лицом смерти. Логическая цепочка такова: "Если меня больше не любят, значит, я в чем-то был плох, так стану же я еще лучше, чтобы меня полюбили еще сильнее". Те, кто разочаровываются в любви, просто любят разочаровываться.

Возможно, все тем же Богом запланировано еще одно событие - встреча двух когда-то любящих друг друга людей. Тот, кто разлюбил, возможно, продвинулся по карьерной лестнице и уже с семьей. Тот, кому пришлось вырывать любовь из своего сердца с корнями и кровью, духовно стал выше себя прежнего если не на голову Бога, то, как минимум, на свою. Когда тебе приходится убивать в себе благо, исходя из обстоятельств, благо обязательно вернется - главное: не проворонь и впусти.

Только не стоит искать оправданий случившемуся. Станешь анализировать - выковыряешь из себя весь изюм. Просто у кого-то слишком мало терпения, чтобы видеть этот изюм, периодически на него натыкаться. Дыня с изюмом - очень оригинально. А этот кто-то, видимо, души не чает в постном хлебе. Видимо, дыней с изюмом у него хоть вилами грузи. Мало терпения и больной желудок.

Иным словом,

- Я Бог.

- Вопросов нет.

- Я девочка, 13 лет.

- Как устроена Вселенная?

Или, что еще точнее:

- Я Бог.

- Я больше не люблю тебя.

- Я девочка, 13 лет.

- Я люблю тебя больше жизни.

Если бы Христос или Кришна вновь спустился на землю, то Он бы оглох от молчания в его сторону. Человек интересуется подобным. Где найти еще одного Христа? В каком углу и какой вселенной искать второго Кришну? Не дай Бог найдешь, а Он возьми да разлюби еще. По логике, Господь должен быть самым одиноким существом в этом мире. Но он почему-то самый счастливый. Почему - ясно. Любит всех в себе и себя во всех. Его разлюбили - простит. Только сам разлюбить не может - любовь его, как и Он сам, вечна.

Любить для художника - будь ты писатель-алкоголик, нищий карикатурист или Иисус Христос - это как дышать. Дыши вместе с ним - а вдруг понравится?

Леди Абсурд

Лекция "О Любви": ч.2 "Ответвь"

Человек силен в своей слабости - особенно что касается любви. Да, с позиции земного можно принять за огромную слабость: опущенный взгляд, сомкнутые уста, легкий кивок головы на каждое слово, "Я прощаю тебя. Что бы ты ни говорил мне, я тебя прощаю". Любой другой бы - одержимый земной страстью человек - воскликнул бы: "Ну, что ты стоишь? Скажи хоть что-нибудь в свое оправдание!" А зачем? Зачем пояснять что-то человеку, который и без этого все уже решил? Возможно, все, что он услышит, еще больше ранит его, а так не хочется проткнуть его сердце еще раз. Огромная сила - расплакаться от горя разлуки или от счастья встречи. Не думая, как могут воспринять сей эмоциональный порыв посторонние - а они такие критичные и могут ранить даже взглядом, - ты рыдаешь на плече, в любимых объятьях, или в одиночестве, капая соленым дождем на асфальт. И это не говорит о том, что нужно впасть в бурляющую эмоциями жизнь, отринув все остальные аспекты - прислушайся к струнам собственного сердца, ведь оно не зазвучит, пока не тронешь. И только тогда важна тишина...

В остальных случаях - которые не причинят любимому человеку боль - следует кричать: наверное, ради того и изобретены Господом человеческие связки - для того, чтобы кричать о любви, и вовсе не для пения. Разве что: если пение это является тем самым криком - сквозь города и широкие зеркальные реки. И когда устанешь от собственного крика, казалось бы, в пустое - на самом деле нет, там хохочет Бог - небо и, казалось бы, бездушный город: прислушайся - а вдруг тебя услышали? С разорванными связками ты даже попытаешься начать беседу, будешь забывать слова, перепутаешь свое имя, назвавшись Господом Богом - и тогда крик станет "криком не зря", "криком о любви и для любви". Главное - не свались в пропасть, пока будешь кричать над ней: так легко сорваться, не отрастив крылья. А их отрастить можно, тем более Господь кивает, покуривая сигаретку: "Пришло время, да. И не удивляйся, что Я курю". А после Он укажет на тебя пальцем и скажет: "Ну, наконец-то. Ты уже достала орать. У Меня кресло вибрирует от твоего крика". И ты улыбнешься, пожмешь плечами и прищуришься, рассматривая солнце - край тлеющей божьей сигареты.

Тебя будут смущать названия статей "ВОЗ признала любовь болезнью, ахаха!", ведь с приходом любви в твою жизнь - и неважно, ответная она или безответная, - ты стал ощущать, как пустота внутри исчезает: ее все меньше и меньше, а любви - все больше и больше. Какая же это болезнь, раз думается, рисуется и пишется? "Очень плодотворная болезнь", - кивнет психиатр, покачавшись на носках. "Нет, идите вы с вашими диагнозами в кабинет. И полюбите хотя бы раз в жизни - огромно, вселенски, по-настоящему", - ответишь. "Так все сделано: семья, дети и кредит с ипотекой", - психиатр скроется за дверью своей "желтой кельи" и впервые задумается, где он свернул не туда и свернул ли вообще: а может, стоило - тогда, в шестнадцать лет?

Ты выбрал человека, который достоин тебя: пришло время гулять с любимой душой по солнечным улицам, держась за руки. Все будут пристально смотреть, удивляться: "И почему она так улыбается? Сумасшедшая?" Может, и сумасшедшая: с выдуманной - с точки зрения науки - душой разгуливает по осеннему городу. Великая жертвенность - когда любишь безответно, когда нет возможности поговорить с любимым человеком, когда есть возможность только смотреть на образ и с ума сходить от любви. Поэтому так важно каждое слово - в любви это чуть ли не самое важное: представь, что любимая душа никогда бы не написала тебе (хотя бы). А если есть возможность увидеться, то благодари Господа: ты можешь смотреть этой душе в глаза, и пусть это будут секунды-минуты, но нет их слаще. Во времена слов и взглядов обращайся к себе - слушай собственные реакции и узнаешь о себе много нового. Возможно, полюбишь и себя заодно. И знай: любовь без творчества губительна, особенно если нет в любви ответа. Кричи о любви строками, мазками кисти и струнами: и Господь еще раз улыбнется, возможно, что и курить - дай бы кто? - бросит.

Зачем играть в лотерею, когда можно полюбить взаимно? Да, любовь - это грандиозная Лотерея: человек, в которого тебе суждено было влюбиться, может даже не посмотреть в твою сторону, но и эта ситуация не теряет своего очарования, поэтому так часто описывается в книгах. Ты слышишь шепот с другого берега - и кажется, даже кто-то машет рукой: "Слышите меня?" "Что?!" - напрягаешь слух. "Я судьба ваша, слышите?" Ты суешь дрожащие ледяные руки в карманы, начинаешь переминаться с ноги на ногу, прыгаешь на месте, дабы согреться. Нет, ты, конечно, рад. Ты, конечно, голос сорвал. Ты даже Господу кресло на Небесах криком передвинул. Но как-то все... "Да что тебе надо, а?" - покачает головой Всемогущий. "А Вы что лезете постоянно, а?" - сожмешь кулаки. Возможно, ты переплывешь эту реку. Возможно, ты соорудишь мост. Возможно, вы даже начнете строить его вдвоем: как-никак судьба, это вам не хухры-мухры (или шуры-муры). Только уже неважно: билет оказался выигрышным, все цифры зачеркнуты. И кажется, ты выучил их наизусть.

Вода окажется слишком холодной; возможно, даже сведет ногу или руку: но не сдавайся - плы(жи)ви.

Лекция "О Любви"

У кого любовь - боль и кровь, тому явно не повезло. Полюбив, ты же начинаешь спасать не только планету (именно из-за Любви она наворачивает свои обороты), но и себя. Особенно "для себя", когда любовь эта - безответная: возможно, ты даже будешь требовать что-то взамен (ответной любви? - самое логичное здесь), следить за каждым словом, обращенным к тебе, искать у слова (вроде бы - что искать в "привет"?) потенциальные семы - возможные и невозможные, потому что тебе нужно одно - уверенность, избавление от "почему так плохо? а с чем же я останусь? и останусь ли?" И что-то дышит в затылок - совсем не любовь, а смерть с "Ах, не получу то, что хочу - и умру!" Тогда человек многого не знает, не знает самого главного - что любовь делает тебя истинным, открывает таким, каким задумал тебя Господь, а значит - СПАСАЕТ. Почему мы не думаем, что, отбирая у человека жизнь, Бог спасает его от большего горя? Возможно, в противном случае тот бы натворил еще страшнее дел, стал разрушать чужие судьбы. Поэтому если и крутится у Господа в голове мысль, то точно одна - "Одного спасу, забрав. И второго спасу, даруя любовь".

Полюбив, я поняла многое. Например, как легко сойти с ума. Когда человек практически отрывается от земли и творит чудеса - это ведь сумасшествие? Весь твой организм настраивается лишь на вашу - на двоих - волну: ты знаешь, о чем человек думает; знаешь, где он сейчас находится и что делает; знает, что сейчас скажет - может, лучше помолчим о любви? И если искать самый гениальный стратегический план по военной технике, то первое место займет неосознанный план по завоеванию того, кого любишь. Если следовать себе, если слушать и наблюдать за собственными мыслями и реакциями и не противиться, то вполне вероятно (все зависит от вашей энергии), что через какое-то время объект вашей любви ответит взаимностью. Важно одно - видеть его, считывать глаза, в которых четко читается душа, и жесты. Удивительно, но вы проникнете друг в друга энергетически: ауры ваши начнут обмениваться ментальными посланиями, а поля развития индивидуальной жизни сольются в структуру ДНК. Однажды так была создана Вселенная.

Любовь бывает разная, и Платон тут не причем. Все зависит от силы (наверное, стоило бы написать это слово с заглавной буквы - "Сила") энергии людей. Когда-то я стонала, что из современного мира исчезли архетипы, что любовь из стихотворений Маяковского ушла вместе с Маяковским, что некому отдавать огромное - с планету Земля - сердце. На самом деле я просто болтливый архетип, любящий перешагивать дома и переплывать в два гребка океаны. Ключевое слово - "болтливый". Таким образом, я уверена в знании, что две великих силы (без гендерной принадлежности) могут образовать третью: дитя, художественное произведение или еще одну Вселенную. Они несутся навстречу друг другу, и, когда сталкиваются, происходит первородный взрыв, меняющий хаос в голубой кристалл разума. Наверное, так смешно теперь будет читать словосочетания "мы переспали", "он мне изменил", "я меняю партнеров": силы не изменяют друг другу, разве что другая сила (сила иного свойства, как Вода и Огонь) захватит на свою орбиту, но тогда не сдержать соленых водопадов и таких же соленых костров.

Любовь - это счастье. Счастье творить то, что не построено на всплеске злобы. Счастье творить божественное. И есть подозрение, что именно счастье, построенное на любви, спасло от уничтожения нашу любящую ликвидироваться Высшими Силами Цивилизацию. В журнале их зафиксировано: "Что-то пошло не так. Цивилизация развивается по иному сценарию", и до сих пор причину ищут, думают, почему же не получается подвести все силы под один знаменатель. "Не все так просто, уважаемые Высшие Силы, - отвечает одна из простых сил. - В нашем мире много зла, но и много любви - это два полюса одного случая. И если в других реальностях, параллельных нам, все отлично и люди общаются мысленно, у них нет искусства, нет любви и страсти, нет головокружительной ненависти, за окном их не воют ветра и ливни не смывают в моря автомобили. В нашей Цивилизации все не так просто, как вам бы хотелось. И я готова любить ее".