Крошка-сын к отцу пришел

Четко разграничиваю, когда говорит мой разум, а когда душа. Это как неадаптивная и адаптивная активность в определении творчества, по Максимовой. Душа - это, в основном, неадаптивная активность, хотя и пользуется адаптивными путями (но те не окрашены предубеждениями «эго»). Разум - естественно, адаптация, где мысль пропускается сквозь суп из страхов, сомнений и горького опыта. Раньше я лишь практиковалась в ловле собственной души (звучит "крипово", знаю). Мне нужно было понять, что она такое, услышать, что она тихим голосом говорит. Это произошло в тот период, когда я устала от собственного контроля и диктатуры «эго». Для того, кто практикует духовные практики, это обязательное условие, потому что ты ориентируешься не на разум, юдоль которого практики психологические (хотя "психо" - душа), а на бессмертную твою составляющую.

Душа никогда не бывает злой. Зло - это ответ на вмешательство внешнего мира. Это способ адаптации и выживания. Если бы мы не вспыхивали каждый раз, когда нас в чем-то несправедливо обвиняют, если бы мы не сжимали кулаки и не кричали, а порой - не ударяли бы, то что бы от нас осталось? Дожили бы мы до сих лет? И, как ни отказывайся ты от врожденных инстинктов (часть современного феминизма), все равно ты, пятилетний, еще не сдерживаемый требованиями социума, пускаешься в драку, дабы защитить себя, - и неприятель твой убегает. В детстве я не вела бесед - я сразу набрасывалась с кулаками. По двум причинам: так сказала мама ("не бойся дать сдачи") и неокрепший, еще жиденький, мозг, у которого эмпатии меньше, чем у камня. Это я сейчас понимаю, что тому человеку, которому я вырвала клок волос, больно, а тогда это был просто враг, которого надо было уничтожить. Жестокое было время. Если не бил ты, били тебя. Слов враги не понимали, просьбы отстать воспринимали как слабость. Первобытно-общинный строй, воистину.

Спросите, а почему тогда дерутся взрослые? Ничего нового не скажу. Все то же отсутствие эмпатии (ключевой момент в развитии личности), связанное с генетическими и воспитательными особенностями, жизнь - а точнее, выживание - в первобытно-общинной среде, где разговаривать еще не научились, культ силы с подачи варварского во всех отношениях патриархата. Нельзя обвинять таких людей - в плохой генетике, жизненном неблагополучии, в котором они с рождения варятся. И в том, что не ведают, что творят. Потому что кота не заставишь гавкать. Либо у человека психика, приспосабливающаяся к условиям жизни дикарей. Либо человек с рождения не согласен с тем, в какое место и каким людям под бок его выгрузили. Так я все детство чувствовала, что всем, кто меня окружали, я чужая, даже чуждая (впрочем, ничего не изменилось). Возможно, моя самоидентификация не была бы так развита, если бы я росла в органичной среде. Следовательно, надо говорить о разном уровне развития души. Это не та иерархия, которая есть в патриархате ("у кого больше денег, тот и прав"), это продвижение вверх по лестнице - от мрака к свету.

Ну вот, скатилась до оправдания хамов и драчунов. Хотя, если копнуть глубже, всего лишь добралась до понимания того, кто не похож на меня.

Метафорическое христианство (моя версия)

Хотелось бы поговорить о моей версии христианства. Поначалу думала назвать его "метахристианством", но данное понятие уже используется в теософии, пришлось делать форму более понятной для большинства. Хотя какое большинство, если беседа моя - с самой собой? Я пыталась создать оптимальную для себя религию, знакомилась с даосизмом и начала читать Библию. Последнее и стало поводом поразмышлять о том, как адаптировать религию под мое спорное сознание. Вчера оно, впав в полубессознательное состояние, выдало примерно следующее. Отчасти я буду касаться теории Фрейда, Руссо и собственных рассказов-трактатов. Являясь по типологии личности Кейрси "Дионисием", для которого понятие "свобода" превалирует в жизненных установках, я не могла обойти стороной собственную суть. И главное - моя версия религии не вышла за грань допустимого, то есть в ереси меня обвинить нельзя, так что совесть моя чиста.

Не отменяя заслуг Зигмунда Фрейда, разделим бессознательное на три части. Каждая часть отвечает за одну функцию. Материалистическое бессознательное держит в себе связь с материей, в частности с удовлетворением физиологических потребностей. Второй сектор - социальное бессознательное, отвечающее за связь с обществом, точнее за законы его организации, как например доминирование отца в семье или вождя в толпе. Третья часть - созидательная - духовное бессознательное, включающее в себя заветы праотцов, архаику творчества, стремление к свободе. Именно такой фактор, как "стремление к свободе", играет в жизни человека самую главную роль. Душа человека лишена зла: каждый рождается безгрешным. Зло приобретается человеком как иллюзия истинной свободы. Истинная свобода - та, к которой все мы стремимся - это ощущение Рая, когда наше "я" не имеет ограничений: у него отсутствует тело, его дух никто не подавляет. Именно это мы получим, когда попадем в Рай. Но попадем мы в него лишь при том условии, если достигнем ощущения Рая в нашей земной жизни, когда на каждом углу - испытание злом. Когда свобода духа достигается на Земле, в дальнейшем существовании не будет испытаний и перевоплощений - это будет последняя формация, самая чистая.

Почему человек так жаждет свободы и идет ради нее на совершение злодеяний? У Адама и Евы в начале Бытия не было даже тела, они не знали, что такое "добро" и "зло", они лишь обладали свободой. И если к ним применить земные определения, они - первые души и первые люди - могли бы творить чудеса, например воскрешать мертвых. Так, как это делал Иисус Христос. Вот почему его стоит считать не только Сыном Божьим, но и Истинным Человеком. Вот почему христианство основано на следовании поведению Христа. Истинный человек - волшебник (в мирском понимании), потому что его дух свободен благодаря Любви и Мысли. Все можно ограничить, кроме чувства любви и кроме мысли в голове. Чтобы обрести абсолютную свободу, необходимо также обладать силой воли - это непростой путь. Лишь некоторые понимают это. Другие же бросаются на поиски иллюзорной свободы, миража. Участвуя в праздных процессах, человек на время может приобрести освобождение от тяготы тела. Совершая зло, он может почувствовать ту же свободу: никаких ограничений, полная безнаказанность. Человек становится хозяином самому себе, избавляется от ограничений - таких, как социальный статус, национальность, законы и проч. - и чувствует себя гораздо комфортнее, чем до совершения злодеяния. Но так он никогда не получит Рая, дух его продался слепому пути. Где-то - в какой-нибудь из параллельных реальностей - из его поступков готовят отличный обед. Из воровства, убийства, предательства, хамства и прочих грехов. Грехи же должны кого-то питать: ничто не исчезает.

Вот почему доброта у злых вызывает столько негатива. На подсознательном уровне одержимый злом чувствует превосходство первого, так как в бессознательном зияет дыра на месте третьего сектора. Возможно, данный взгляд слишком гуманный, но ведь в совершении зла есть созидательный подтекст. Человек ищет свободу, просто находит ее не там, возможно, потому, что не в силах возвыситься до истинного пути. Потому, что он слаб для добра.

Отсюда неприятие гениев (особенно творческого плана - в искусстве) и всего волшебного. Данные представители человечества имеют настоящую природу, и каждому бы хотелось набрести на сию дорогу. Только всегда существует отбор: Рай не может вместить всех, он ориентирован лишь на лучшие души.

Эту теорию очень легко подтвердить фактом, что любовь зла. Любят и убийц, и воров, потому что видят в этих людях истинную суть, ту, которая не запачкана злом. Любящий - Бог, и он видит в каждом настоящее.

Грех не порождается одиночеством. Грех порождается обществом. Чтобы было удобнее существовать среди людей, чтобы не плевать каждому в лицо собственной свободой, мы соглашаемся сплетничать, укрываем воровство, проводим вечера за теми же передачами, что смотрят остальные. Чтобы не выделяться, девушка соглашается избить другую, мальчишка соглашается начать курить и выпивает первую бутылку пива. Другие идут на большее зло - убивают, чтобы почувствовать себя свободным; воруют много денег, чтобы приобрести то, что даст ту иллюзорную свободу. Это самый простой путь. Это путь для слабых.

Истинная свобода не злая. Злая свобода лишь та, которая образуется в результате подавления истинной. Настоящая свобода - не за спиной. Не в том, что окружает тебя. Она - внутри. В силе твоего Духа, твоей Любви и твоей Мысли.