Остаться в живых

Два месяца назад я еще работала в школе, но пришлось уволиться (почему - это отдельная тема). Начальство направило меня на конкурс "Педагогический дебют". Одной из ступеней конкурса было написание доклада на связанную с образованием тему. Основное требование - два листа. Я написала и получила почетное последнее место. Тридцать пятое, кажется. Сейчас вы поймете - почему.

Здоровьесберегающие технологии - особенно важная часть образовательного стандарта, ведь она напрямую касается жизни ребенка. Образование не должно делать ребенка больным, а если он все-таки болен, то не ухудшать ситуацию, а по возможности укреплять здоровье учащегося - путем двигательной активности не только на уроках физической культуры, но и на других предметах (регулярные физкульт-минутки, использование хотя бы минимального движения в процессе занятия). Вся забота - об учениках. Заботятся ли об учителе?

В соответствии с п.14 Приказа Минобрнауки РФ от 27.03.2006 года №69 «Об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха педагогических работников и других работников образовательных учреждений», учителю в течение рабочего дня не полагается даже тридцатиминутного перерыва для приема пищи, что противоречит ст.108 Трудового кодекса РФ, гласящей, что работнику должен быть предоставлен перерыв для отдыха и питания от 30 минут до 2-х часов, который в рабочее время не включается. Выбирать, питаться учителю или нет, государство поручило руководителю образовательной организации. Директора школ, как правило, в целях экономии учебного времени обеденный перерыв устанавливать отказываются, предоставляя такую альтернативу, как, например, 2 перемены по 20 минут. Учитель с радостью бы променял эту альтернативу на один перерыв в 30 минут, как это делается в колледжах и университетах. Возьмем те самые предложенные 40 минут, поделенные на 2. Начало каждых 20 минут - это задержка с классом на объяснение домашнего задания, а также подготовку к следующему уроку (стереть с доски, проветрить помещение). Остается 15 минут. Следующие 5 тратятся на свой класс, если учитель - классный руководитель. Из оставшихся 5 минут идут на поход в уборную и стояние в очереди за обедом. Хватит ли пятиминутки на неторопливое поглощение пищи, а после - возвращение в аудиторию? Это не жалоба. Это констатация факта. Голодный учитель - злой учитель. Долго голодный учитель - мертвый учитель.

Но я хочу поговорить не столько о физическом здоровье учителя (с которым все очень плохо), сколько о здоровье психическом (с ним все еще хуже). В каждом учебном заведении есть кабинет детского психолога. Но к кому пойти учителю, который на грани? Допустим, отчаявшись, он пойдет к психологу штатному, только тот имеет совершенно другую квалификацию и вряд ли поймет страдающего как специалист. А ведь можно было проверить человека еще до работы - на стрессоустойчивость, и тогда должность бы получали лишь избранные. Возможно, такая неизбирательность – результат нехватки кадров в России. Но разве мы можем подпускать к хрупким детским умам кого попало, без предметного и психологического тестирования (хотя бы)?

Сколько раз мы читали в СМИ о том, как учитель не выдержал и поднял на ученика руку? Совсем недавно полиция возбудила уголовное дело в отношении учительницы одной из школ в Рязанской области, которая ударила учебником мешавшего ей вести урок мальчика. Кто виноват в данной ситуации? Ученик - не виноват. Школа лишь корректирует поведение ребенка. Формируется оно в семье. Кто тогда? Учитель? Дома – проблемы. На обед не хватило времени. Голодная и уставшая, она зашла к штатному психологу, а тот, расплывшись в блаженной улыбке, посоветовал не беспокоиться. Так и хотелось плеснуть ему в лицо чаем! Нет, сдержалась. А вот когда ученик стал срывать урок, терпение лопнуло. Можно, конечно, посадить ее на 3 года по статье 156 УК РФ «Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего» или уволить, что, собственно, и сделали, только история эта будет повторяться. Повторения не будет, если государство примет меры. Варианта два. Или устроить на должность педагогического работника строгий отбор, с комиссией и тестированием. Или обеспечить уже работающего учителя должной поддержкой. Мало того, что учителей в школе не кормят (а могли бы хотя бы предложить бесплатный обед - за работу во вредных условиях), так и времени поесть на собственные деньги не дают. Отказывают в психологической поддержке. Помимо всего, взрослый психолог мог бы заниматься не только индивидуальной помощью, но и сплочением педагогического коллектива.

Учителем когда-то хотели стать. Сейчас же престиж данной профессии падает (если не упал вовсе), и все потому, что властям нет дела до условий труда. На пенсию учитель выходит с больным желудком, сорванным голосом и ишемической болезнью сердца, как минимум. Дрожащий, как осиновый лист, он заходит в поликлинику, а ему в регистратуре вместо почета: «Куда прете без очереди?!» Но это уже совсем другая история.

Преподаватель русского языка и литературы

Творцы делятся на две категории: "я сделаю этот/твой мир лучше", подразумевая мир, в котором мы живем, и тот, что находится внутри человека, и "я сделаю свой мир лучше", когда создал творение - и стало легче на душе, больше ничего не нужно. Российские авторы радеют за мощь русского языка, но никто не пишет так, чтобы эта мощь была видна. Поэт, почему меня от стихов твоих не трясет? Почему я ни разу не воскликнула "о, отличная находка! надо же было такое придумать!" Почему я слышу сочетания "божественный рай" и "завести с осенью любовный роман", от которых лицо мое превращается в старую картофелину? Неужели российский поэт - это тот, кто недоволен нынешним положением вещей, поэтому сам Бог велел накатать сатиру на обилие иноземных слов в нашем языке (интересно, как бы мы называли компьютер по-русски? "чудо-машина"? только вот кажется, "машина" - тоже не наше...) или, будучи пятидесятилетним мужчиной с пузцом, выть о том, как ворковали на лавочке в 1981-м, что даже смех берет, потому что очень уж напоминает репертуар группы Ласковый Май? Не знаю, какие заветы могут дать нынешние поэты начинающим - на "а ведь все наши ушли..." далеко не уедешь. Но говорить, что все плохо (потому что все действительно плохо), большого ума не надо, а ты попробуй творить добро.

Съездила, называется, в другой город на собрание литературного объединения местных "творцов". Конечно, были неплохие тексты (слава Богу, я могу судить в силу профессии, а то ведь у нас доказательство компетенции подавай), но вряд ли от них можно зажечь лампочку. Сила слова осталась разве что в цитатах, которые принято вешать над доской в кабинетах русского языка и литературы. Все воспевают Россию-матушку по умолчанию, будто в Раю живем. Ни одного критического замечания. Чаадаев считал, что тот, кто Отечество критикует - любит его истинной любовью, а не слепым патриотизмом, от которого нафталином несет. Известный факт, что патриотизм - идеология современной России. Все, что не о России, не замечается (я плавала в литературных конкурсах - знаю). А может, у нас переворот в сознании творческого человека? Может, мы открыли с ноги дверь в мировую культуру? Как россиянин узнает об этом, если в его уши со всех экранов твердят: "Наша страна - лучшая страна на Земле"? Словно к войне готовимся, честное слово. Так и вспомнишь СССР с его идеологией невозможности высказаться против. "Надо... Надо... Надо", - только и слышишь. А что сделано? Сделано СЕЙЧАС. Снято гениальное кино? Написаны гениальные романы? Почему творческому человеку хочется из родной страны бежать без оглядки? Да все просто - познавательные модели, необходимые для впитывания культуры через знакомство с произведениями искусства, у молодежи не формируются. И чем дальше в глушь - тем больше "пох".

Я преподаю в глуши и временами испытываю такой кризис, будто оказалась на острове с папуасами. Пытаюсь жечь глаголом сердца людей, взываю к совести, к традиции (скрепя сердце говорю, что Россия сильна прошлым, и мысленно добавляю: "и только прошлым"), даю образец (на переменах читаю, а не жую, как мои коллеги), составляю эклектичные лекции (все беру из головы, а не с листочка). А получаю что? Косые взгляды коллег, дополнительные обязанности (всякие мероприятия, в которых филолог ни гу-гу), звание странноватой бабцы. Иногда хочется выйти на перекресток и закричать: "Заберите меня отсюда!!!" Из города - страны - планеты. Эпохи! Благо, я не ради денег работаю (зарплата - 8 000 рублей, когда наши уборщицы получают 10 000), а то бы было еще досаднее. Очень не хочется думать, что я - такая - не нужна.

Хочется думать,

что все впереди,

а то денег нет,

хоть в шлюхи иди.

Студент как-то сказал мне: "Не увольняйтесь, а то без вас скучно будет". "Ну, я хотя бы шут хороший", - ответила я, преподаватель русского языка и литературы, с улыбкой.

Вопросы духовно-нравственного воспитания в образовательном процессе

Существует стереотип, что духовно-нравственное воспитание неотрывно связано с религиозным. Безусловно, ключевое слово здесь - «духовность», не «душевность» (мирское, светское понятие), а другое, связанное с верой в Господа.  А нравственность? Это мораль на уровне духовности, духа. Все пути сводятся к религии, но к ней идти не стоит. Не стоит вгонять человека в страх перед Господом со школьной скамьи. Здесь я имею в виду обязательный предмет, который должны изучать на протяжении 11 классов. Почему не стоит его вводить? Потому что это регресс, деградация, авторитаризм, самодурство! Называйте это как хотите. Духовно-нравственное воспитание должно сосредотачиваться на процессе, а не на методах. За одержимостью идеей теряется суть. Да что плохого в том, что количество атеистов с каждым годом все увеличивается? Почему не предоставить человеку свободу выбора и найти те средства, с помощью которых можно повлиять на душу каждого человека: верующего, атеиста, анархиста, мизантропа Божьего?

Литература – это своего рода религия, вера в Жизнь. Это то, где хранится больше прописных истин, чем во всех богослужебных книгах вместе взятых. Это оттиск живой жизни, прежде всего, если не углубляться в эстетическую составляющую. Классике здесь отводится ведущее место, но не стоит забывать и современную литературу. Пусть она жестока, зачастую внешне лишена смысла, но ведь и бессмыслица имеет смысл. Абсурд – суть нашей жизни. Можно ли повлиять на человека, показав, что мир наш абсурден? Конечно, можно. Повлиять можно с помощью любой книги: от терминологического словаря до эпопеи. Главное, каким образом настроить человека на чтение, объяснить, зачем это будет нужно. Следовательно, не только средства (словесные), но и сам учитель (духовный наставник) играет важную роль. Как вы думаете, кого выберет школьник в учителя: священника в рясе или обычного человека, простого в общении, одежде, поведении? Конечно, второго. Разве люди, знающие жизнь не только из книг, но и из самой жизни, не могут встать перед классом и попытаться достучаться до таких разных, но все же не лишенных человеческого душ?

Литература, литература… Некоторые не любят читать, но что тут поделаешь! Тогда на помощь приходит кинематограф. Сколько существует замечательных фильмов, способных заставить человека задуматься над тем, что происходит вокруг, над своим поведением, заглянуть в тот уголок души, куда он еще не заглядывал! Задуматься, поразмыслить в тишине, излить размышления на бумагу, обсудить в дискуссии… И все без заучивания, без строгого следования плану, без дамоклова меча проверки домашнего задания, который так и собирается упасть в начале каждого урока. Предмет, если он все же будет, должен основываться на инициативе учащихся, на их совести, желании. Возможно, в старших классах стоит поручить организацию уроков определенным ученикам, чтобы они почувствовали себя значимыми. Нужно дать слово каждому, попытаться понять это слово правильно, возможно, указать человеку, что у этого «слова» есть альтернативы, посоветовать рассмотреть и их.

Не стоит уподобляться государственной власти. Душа ребенка – это не место, куда стоит бить отбойным крестом. Сама ее суть с рождения – хрустальная чаша, которую надо наполнить чистейшей водой, попытаться избежать того, чтобы эта вода стала мутной, а еще хуже, стала маслом церковным, в которое только и можно, что зажигать лампады по праздникам.